Таким образом, спор о Павле вообще и о Послании в частности сосредотачивается на цели и месте закона. В работах некоторых современных ученых звучат скептические нотки сомнения, что Павел вообще имел свое собственное мнение по этому вопросу. Профессор Сандерс готов допустить, что Павел был «последовательным мыслителем», однако не был «систематичным теологом»

Доктор Хейкки Райзаанен, финский теолог, еще менее благоволит к Павлу.

«Следует признать противоречивость и несоответствия постоянными чертами законнической теологии Павла»

Проблемы, обнаруженные доктором Райзааненом, скорее всего живут в его собственном воображении. Следует признать, что когда Павел реагирует на различные ситуации, он по–разному ставит акценты, и тем не менее внести ясность в эти вопросы вполне возможно, что, я надеюсь, и будет сделано при анализе текста. Наше освобождение от закона — это спасение от его проклятия и обязательств, и, значит, оно связано с двумя конкретными функциями: оправданием и освящением. И в обоих случаях мы находимся под благодатью, а не под законом. За оправданием мы обращаемся к Кресту, а не к закону, а за освящением — к Святому Духу, а не к закону. Лишь посредством Святого Духа закон может исполняться в нас (Иер. 31:33; Иез. 36:27; Рим. 7:6; Гал. 5:14).

Профессор Джеймз Данн, по–видимому, согласен с основными положениями К. Стендаля, Э. П. Сандерса и X. Райзаанена и пытается развить их особенно в части, касающейся закона. В своем известном труде «Новый взгляд на Павла» (1983), представленном во вступлении к его комментарию, он изображает Павла в Послании как человека, в котором еврейский раввин спорит с христианским Апостолом. Заявляя, что никто не оправдается «делами закона», он не имеет в виду «хорошие дела» вообще и то, насколько они достойны вознаграждения. Скорее речь идет о законе обрезания, соблюдения субботы и правилах принятия пищи, «выполнявших функцию «удостоверяющего знака» и «пограничной линии», обострявших в Израиле чувство своей особенности и отделявших его от окружавших его народов».